На позиции остались лежать два трупа. Пулеметчика — мужика лет сорока и его второго номера. Парня лет двадцати. Документов при них не было. Нам этот бой обошелся погибшими проводниками и четырьмя пробитыми нагрудниками. Металл нагрудников и подкладка остановили пули, и мои парни отделались сильными ушибами грудной клетки. У двоих оказались касательные пулевые ранения. Можно считать, что легко отделались. Пулеметчикам бы еще немного подождать и тогда уж накрыть всю группу, но видимо они посчитали лучше иметь синицу в руках, чем журавля в небе.
Посоветовавшись, решили продолжить операцию. На хуторе выстрелы и взрывы должны были услышать, а раз так- то остальные бандиты могут скрыться. Но все с собой унести не смогут, а раз так- то нам этот вариант тоже подойдет. Так и сделали, оставив раненых на месте засады. Отправили вперед разведку и усилили наблюдение по сторонам. На хуторе нас ждала торжественная встреча и праздничный салют из нескольких винтовок и пулемета, прикрывавших отход в лес группы боевиков. В бинокль я насчитал шесть человек. За отходившими в лес направил егерей, а снайпера стали гасить огневые точки и отвлекать на себя “хуторян”. “Светка” для этого очень хорошо подошла. С оставшимися бойцами стали подбираться к хутору.
Знать бы, что поляки такие раздолбаи можно было все сделать куда быстрее. Во дворе нашелся всего один “защитник демократии” со старой винтовкой, изображавший боевое охранение. Он так и остался лежать под телегой, с пулей в голове так и ни обнаружив нас. Те, что были в доме, из окон продолжали стрелять в сторону наших позиций. Вообще, какие — то неправильные поляки нам попались. Давно ведь известно. Задержал своим огнем наступающих, дал возможность остальным уйти, сам отходи. Вырвись из помещения на свежий воздух на свободу. А эти как засели в доме, так там и сидят. Даже за своим тылом не присматривали, отстреливаясь от снайперов. Ну, да и бог им судья. За нарушения Уставов наказывает прокурор, вот мы им и стали. Закинув в окошки гранаты, а затем, прикрывая друг друга огнем, ворвались внутрь. Положили всех, особо править не пришлось. Самое противное было в том, что это были женщины. Молодые и симпатичные. Я сначала не поверил, обошел все комнаты. Везде были следы поспешного бегства. На полу среди разбросанных вещей лежали гильзы и патроны. Мужиков, как и детей, нигде не было. Этих — то куда подевали амазонки недоделанные? Или они тут одни и были? Так в бинокль я видел явно мужские фигуры. Прочесав дома и постройки дали сигнал нашим. Те появились от леса и перебежками бросились к нам. Из леса, куда отступили поляки, раздалось несколько винтовочных выстрелов, пытаясь прикрыть отход “хуторян”. Но тут, же потонувшие в коротких рыках автоматов. “Егеря” нашли своих “браконьеров” и отпускать их не собирались. Вскоре там все закончилось. И оттуда появилась небольшая колонна пленных с носилками руках, под охраной Максимова и Одинцова. А потом появилась и вторая пара “егерей”. Целые и здоровые, а то я уже волноваться начал.
Из остальных членов нашей группы пострадал только “Чекист”. По своей глупости схлопотавший пару пуль в руку, пытаясь из пистолета достать засевших в доме. Прибывшие с нами опера стали заниматься своими делами, осматривать трупы, документировать и допрашивать пленных. Мы помогали, как могли, стараясь не мешать спецам, и пополняли свой боекомплект за счет трофеев. “Чекист”, после перевязки, снова нас стал пытать о наших действиях. Все никак не угомонится. К обеду на хуторе все было завершено, и мы вернулись в город.
Обедали мы в столовой Управления. Нас узнавали и вопросов не задавали. Кормили сытно и плотно. Кому не хватало, повара давали добавки не жадничали. Здесь я встретился с Сергеем, который тоже только что вернулся с выезда. Наши с ним договоренности оставались в силе. Тем более что на завтра для военных в гарнизоне был объявлен выходной. Первый в этом месяце. Кроме того сообщили что отменен запрет на отпуска введенный недавно. И в школах сегодня выпускной. Будет море красивых и нарядных девушек.
* * *
Из разговора, состоявшегося в обед 21.06.1941 г. в здании УНКГБ по Брестской области на ул. Советской д. 14 г. Бреста
…— Что с ликвидацией польского подполья?
— Все нормально. Аресты выявленной агентуры практически завершены. Остальных постараемся взять в ближайшее время. Продолжаем работу с арестованными, уточняем детали и связи. Недавно привезли еще одну партию. Лейтенант Седов со своим взводом снова отличился. Сегодня сумели в бою ликвидировать еще одно гнездо бандитов и захватить пленных.
— Понятно. Как у них с потерями?
— Есть и потери. Сегодня при операции двое наших оперативников погибло. Тогда же в руку ранен Сергей.
— Что-то серьезное? Как же так?
— Две пули поймал во время перестрелки. Наш врач посмотрел, сказал, что кости не задеты. Пули прошли мягкие ткани навылет. Рану почистили и обработали на месте квалифицированно и вовремя. У лейтенанта во взводе потерь нет. Легкие ранения получили двое, нагрудники спасли, приняли на себя предназначенные им пули. Бойцы отделались синяками и испугом. После оказания медпомощи остались в строю.
— Молодцы. Надо их будет тоже представить к награждению.
— Уже готово. Сергей как вернулся с операции так сразу же засел за бумаги и все приготовил. Скоро принесет на подпись.
— Я вот что думаю, Андрей. С учетом имеющейся информации нам надо принять меры к срочной эвакуации отсюда архивов и ненужных здесь материалов.
— Это правильно. Я боюсь, что мы не успеем все быстро собрать и эвакуировать. Придется это делать под огнем немцев, бегом. Точно что-нибудь оставим или не успеем уничтожить. Затягивать с этим нельзя, делать надо сегодня. Штаб корпуса уже все приготовил к своему бегству.
— Это точно?
— Да. Со вчерашнего дня все пакуют, готовят к выезду.
— Тогда вот что. Все кто свободен, брось на подготовку материалов к эвакуации. Лично проследи, чтобы ничего не забыли. Ненужные бумаги уничтожить здесь на месте. Оставить только нужное для работы.
— Вывозить когда и чем будем? Поезд на Минск только утром будет.
— Сегодня автотранспортом. Машины возьмем в автобате. Охрану организуй из своих человек пять с пулеметом. Старшим колонны пусть Сергей поедет. С его ранением ему все равно здесь больше делать нечего, пусть возвращается в Минск. Свое поручение он выполнил. На взвод Седова посмотрел, в деле его видел. Если что ему еще, какие материалы потребуются, сами соберем и вышлем.
— Охрана не маловата? Вдруг что в дороге случится. Не сносить нам тогда головы. Может попросить еще людей или пару броневиков в усиление охраны.
— Это правильно. В 22 танковой пару БА-10 можно взять на усиление. С нашей колонной за городом встретятся и сопроводят до Минска. Возьми согласования на себя, если не будет получаться, скажешь мне.
— С заключенными, что будем делать? Мы всех сразу эвакуировать не сможем.
— Что делать? Поступим, как и положено поступать с врагами народа и предателями. Закончите с архивами, займетесь ими. Всех в отношении кого есть решение надо будет привести в исполнение. Транспорт и конвой 132 конвойный батальон предоставит.
— А они смогут? Насколько я знаю, у них одна рота занимается конвоированием эшелона, одна на охране тюрем. В казарме сейчас должна находиться только третья рота. А она не полного состава, суточный наряд и отдыхающая смена. Может взвод Седова привлечь? Для ускорения процесса так сказать?
— Не надо. Не будем нарушать приказы, своими силами обойдемся. Скоро нам здесь в Управлении этот взвод потребуется. А пока пусть побудут в резерве. Сегодня суббота вот пусть Шаров и отправит их для отдыха в крепость, помоются в бане, расслабятся. Если потребуется, вызовем. И еще, надо будет аккуратно предупредить наших сотрудников о возможной эвакуации. Пусть подготовятся, но так чтобы никто не знал. Надо еще предупредить слухачей из 474 отдельного радиодивизиона о готовности свернуть свою работу и максимально быстро эвакуироваться в Минск. Если им в этом нужна будет помощь и дополнительная охрана, попросим в погранотряде….
* * *
Дневное донесение I.R.130 от 21.06.1941. (РИ)
130-й пехотный полк. Полковой командный пункт 21.06.41
Отдел 1а 14.15
Дневное донесение
…В 12.30 ч. полевой караул Набера (I батальон) обнаружил русскую моторную лодку, прошедшую вверх и затем вниз по Бугу. Пассажиры не носили никаких кителей. Судя по брюкам и головным уборам, это были солдаты. Немецкий берег наблюдался с биноклями.
Подпись (Гипп) * * *
Дневное донесение I.R.135 от 21.06.1941.(РИ)
135-й пехотный полк. Полковой командный пункт 21.06.41
Отдел Iа
Дневное донесение
1) 20.6.41,22.20 ч. обер-лейтенант фон Фуметти (наблюдательная вышка) сообщал:
